04 May

“Любовник” Дюрас

Давно уже хотела написать, но все как-то было недосуг. Если взять сцену, где мужчина и невинная девушка оказываются в постели, девушка всегда воспринимается как жертва опытного охотника,  жертва соблазнения. Это вытекает из привычки представлять женщин пассивными объектами воздействия и не слишком соответствует действительности. Ради забавы можно вспомнить момент из  “Лолиты”,  в котором так давно предвкушавший приз Гумберт несколько разочарованно узнает, что Лолита даже не была девственницей.  В общем, это молодая девушка зачастую – охотник, а мужчина – инструмент, чтобы получить то единственное, что ее интересует, – удовольствие или опыт.

В литературе распространены истории, которые условно можно назвать “падение юной леди”. Это традиция рассказывания женской истории, вытекающая из морали, из представления о девственности, как о каком-то сокровище. Однако в современности молодая девушка, как правило, и есть жадный исследователь, а “потеря невинности”, которая подается как некий предельный опыт, во время которого женщина что-то там теряет, на деле даже не слишком откладывается в памяти. Это один из опытов – и даже при наличии яркой любви не всегда самый интересный, его суть раскрывается значительно позже. Часто девушка находит опытного в сексе мужчину и получает от него все, чего ей недостает,  чтобы потом отправиться восвояси. Часто эту тему изучает европейский артхаус, придавая женскому опыту хирургическую стерильность или бытовую скуку. Но недавно я прочитала историю с вполне вменяемой интонацией. Это “Любовник” Маргерит Дюрас, который лишен пассивности жертвы и на которого я наткнулась, пока изучала игры Tale of Tales. Жан-Жак Анно снял по нему фильм.

l'amant 1992

“Любовник” – автобиографический роман Дюрас, поэтому он переполнен тоскливыми размышлениями героини о матери, жестоком брате и юности,  однако его сюжет – это сюжет сожительства бедной девчонки и ее взрослого любовника-китайца в колониальном Вьетнаме. Китаец красив и блестящий учитель секса, но больше он ни на что ни годен, и эта разница между богатым, подчиненным отцу человеком, живущим по чужой указке, и бедной, гордой и предельно самостоятельной девчонкой в мужской шляпе обыгрывается не в пользу первого. Казалось бы, богатый взрослый мужчина должен наслаждаться прелестями бедной девушки, но на деле происходит прямо наоборот – девица удовлетворяет свою тягу к приключениям, противоборству, исследованиям и жажде плотской любви за счет красивого чужака. Это возмутительная история о возмутительной связи (особенно потому, что китаец во Вьетнаме – вдвойне изгой, ведь он представитель чужаков и он богат, а для семьи “белой” связь с цветным так и вовсе оскорбительна) или даже любви, у которой нет будущего (китаец должен жениться на выбранной отцом невесте), но еще более возмутительной история становится за счет того, что исполнительница главной роли некрасива. Эта ее некрасивость в фильме Анно необходима, потому что позволяет увидеть историю, а не залитые лучами солнца тела.

Все началось задолго до того, как он решился заговорить с белой девочкой, стоявшей у перил парома; началось, когда он вышел из автомобиля и сделал первый шаг к ней. Она знала — уже тогда знала, что ему страшно.

Да, поняла с первой минуты, и еще поняла: он целиком в ее власти. А значит, и любой другой мужчина может при случае оказаться в ее власти. И еще она поняла: сегодня настало время сделать то, что она обязана сделать. И знать об этом не должны ни ее мать, ни братья. Захлопнувшаяся дверца черного автомобиля отрезала ее от семьи раз и навсегда. Мать и братья не должны отныне знать, что с ней станется. Ее могут отнять у них, увести, оскорбить, развратить — теперь это не их дело. Это больше не касается ни матери, ни братьев — так суждено. И девочка в черном автомобиле уже готова расплакаться.

Она — дочь и сестренка — будет теперь связана только со своим первым мужчиной, подвернувшимся ей на пароме. (Дюрас “Любовник”)

В этом разрезе интересно прослеживать выбор героини в фильме. Там присутствует сцена, в которой китаец знакомится с ее семьей, – довольно уродливая, непристойная и жалкая сцена. Для дикого и грубого старшего брата героини, не знающего удержу, китаец – всего лишь мешок с деньгами. Сонная подвыпившая мать в дерьмовой шляпе вырубается, наевшись вдосталь, и что-то бормочет. Старший брат усердно ласкает какую-то шлюху, кружа ее в танце, а китаец грустно смотрит, как порочно танцует его женщина с безвольным младшим братом. Перед семьей она не такова, как с ним, и эти правила сложно принять. Это сцена подлинного бесчестья, неловкости и поругания чего-то красивого. Особенно хорошо сделан момент, где китаец позже грубо овладевает героиней на полу, желая наказать за поведение перед семьей, проявить утерянную власть над событиями. Голова девушки падает со ступеньки, они куда-то двигаются в горячке любви. Сцена, кстати, отсутствует в книге, но в этой киношной, пропитанной жарой квартире смотрится уместно. Секс тут единственный рычаг, но это “наказание”, скорее, лучший способ получить еще больше удовольствия. Китайца используют, жизнь течет, хотя это не означает, что девушка не хочет, чтобы он совершил какой-то поступок.

Хорошо это или плохо, совершенно неинтересно. Интересно, что интонация здесь, пробивающаяся сквозь тоскливые мысли Дюрас, поймана очень верная. Beware of young girls.

Leave a Reply