09 Oct

про память

Когда мы оцениваем себя как какого-то отдельного человека, личность со своей историей, мы полагаемся на память. По умолчанию считается, что память сохраняет события непредвзято, словно видеопленка, создавая последовательную историю нашего развития. Прокручивая в голове историю своей жизни, мы вызываем в памяти прошлые события и составляем из них образ, который считаем вполне адекватным. Т.е. все, что происходило, складывается в какой-то осмысленный рассказ. Одно вытекает из другого, последующие события обусловлены предыдущими, в истории есть связность и смысл. Мы можем трактовать ее как эволюцию или деградацию, путь успеха или путь неудачи, а не набор хаотически принятых решений.

Такая личная история во многом – полная брехня. Вымысел. Результат работы нарративного движка, встроенного в людей. Память (и мы сами) себя постоянно обманываем. Дело в том, что:

  • память не работает как видеопленка, события в ней фрагментарны и имеют разный вес в зависимости от сопутствующих обстоятельств (т.е. это глубоко необъективный инструмент);
  • события в памяти окрашиваются или извлекаются  в зависимости от эмоционального состояния;
  • события в памяти редактируются в соответствии с текущей историей-версией личности;
  • разные участники событий (влюбленные, друзья) помнят разные вещи, поэтому часто события просто не стыкуются;
  • можно запросто вспомнить то, чего не было, и забыть многое из того, что по каким-то причинам не вписывается в текущую версию истории.

Существует также трудность с заглядыванием в прошлое, пониманием позиций “прошлого себя”, если произошли сильные изменения или прошло много времени. В этом смысле оценка былых действий будет изрядно разниться по сравнению с той, что сделал бы “человек из прошлого”.

“Главная ограниченность человеческого разума состоит в том, что он почти не в состоянии вернуться в прошлое, занять прежнюю позицию, зная о будущих переменах. Чуть только вы построили новую картину мира или его части, старая стирается — вы уже не вспомните, как и во что верили раньше. Многие психологи изучали, что происходит с людьми, когда те меняют свое мнение. Выбрав некую спорную тему — скажем, смертный приговор, — экспериментатор тщательно регистрирует отношение испытуемых к вопросу. Затем участники опыта видят или слышат убедительные доводы «за» или «против». На следующем этапе экспериментатор снова отмечает отношение испытуемых — как правило, оно изменяется под влиянием довода. И наконец, участников просят оценить собственное мнение до начала эксперимента. Эта задача становится для них неожиданно трудной. Когда человека просят изложить свои прежние взгляды, он излагает нынешние (в чем и заключается подмена). При этом многие даже не верят, что раньше считали иначе” (Глава:«Задний ум» и его цена для общества) (Канеман).

Другая проблема заключается в том, что отрицательные воспоминания сильнее положительных. Мозг человека устроен таким образом, чтобы сильнее реагировать на негативные вещи, т.к. ему необходимо избегать опасности, нанесения ущерба. Удовольствие же быстро испаряется, поэтому воспоминания недостаточно достоверны даже с этой точки зрения.

“Как-то раз после лекции один из слушателей поделился со мной историей, показывающей, как сложно отделить память от ощущений. Он рассказал, как с восторгом слушал симфонию на проигрывателе — и под конец царапина на пластинке издала резкий звук; неудачный финал «испортил все впечатление». На самом деле испорчено было не впечатление, а воспоминание о нем. Ощущающее «я» получило впечатление почти целиком прекрасное, и плохой конец не мог отменить того, что уже произошло. Мой слушатель негативно оценил весь эпизод, потому что он очень плохо завершился, но подобная оценка полностью игнорирует 40 минут музыкального блаженства.”(Канеман)

Воспоминания – источник постоянного обмана, это просто материал для интерпретаций, причем интерпретации могут быть любыми. Можно придумать разные истории на базе одних и тех же факктов в разных настроениях или имея в виду разный контекст.

“Вкусы и решения формируются воспоминаниями, а память может ошибаться. Это заставляет подвергнуть сомнению идею о том, что человек имеет устойчивые предпочтения и знает, как максимизировать их, — а ведь на этом утверждении держится модель рационального агента. Непостоянство — неотъемлемое свойство нашего разума. У нас есть четкие предпочтения по поводу длительности испытываемых страданий и удовольствия. Мы хотим, чтобы боль была короткой, а удовольствие — продолжительным. Однако наша память, функция Системы 1, развилась так, чтобы хранить только самый сильный момент страданий или удовольствия, а также ощущения ближе к концу эпизода. Память, которая игнорирует длительность, не поможет нам продлевать удовольствие и сокращать боль.” (Глава:Биология против рациональности) “Вы присваиваете хорошим и плохим воспоминаниям одинаковую важность, хотя хороший период длился в десять раз дольше плохого».” (Канеман “Thinking, Fast and Slow”)

В общем, я не думаю, что имеет смысл прослеживать последовательный путь своего развития, тогда как он во многом совершенно случаен. Любые предыдущие события можно запросто вписать в другую “личность”, если в этом есть необходимость.
 

One thought on “про память

  1. Pingback: Heresy Hub #4 Язык как вирус - Мьевиль, Дилэни, Тед Чан - Блог Мор

Leave a Reply