01 Jun

мысли по итогам изучения фем-каналов

У меня к современному российскому фем-активизму накопились такие вопросы:

1) зачем нужно запугивать женщин вместо того, чтобы их воодушевлять?

Я размышляла о балансе между “позитивным” и “негативным” феминизмом, которого следует придерживаться, здесь,  но накопилось много новых наглядных материалов.

В прошлом году я систематически заглядывала в штук 10 фем-каналов, чтобы понять, способны ли они принести мне пользу. Почти все они концентрируются либо на том, на что мне откровенно начхать (тело, комплексы, бодипозитив, интерсек, проституция, косметика, отношения, плачи об абьюзе, трансгендерные срачи, пересмотры старой культуры, выдержки устаревших текстов буржуазного феминизма,  етс), либо на “негативном феминизме”, т.е. сводке страшных новостей и своем негодовании от них.

Этот поток тщательно отобранного шок-контента при отсутствии или минимуме альтернативных постов о достижениях женщин достал даже меня. А я взрослая женщина, инженер, руководитель в it и человек, который делает, что хочет. Мне стало откровенно тошно читать все это. Агрессивные или обиженные простыни, в которых девушки достаточно продвинулись, чтобы рассуждать о газлайтинге и расизме, но одновременно просят подписчиц дать денег, рекламируют товары или бомбят голыми фото, – это жалкое зрелище.

Подобный нескончаемый поток негатива просто расплющивает девушек в лепешку. Они устрашены нарисованным ужасающим миром, где каждый мужчина только и ждет, чтобы им насолить, – и теряют волю к жизни.  Любой человек начинает казаться угрозой.  Про дружбу с мужчинами я уж вообще молчу – они слишком накачаны страхом. Про то, что каждая вторая  из авторов таких каналов сидит на препаратах из-за самостоятельно производимого мрака, глупо даже упоминать. И где тут empowerment? Происходит обратный процесс запугивания.

Используемые авторами методы довольно странны.  Про it, бизнес, науку, управление, разработку, космос, производство, архитектуру, перевозки или любую другую тему они пишут только в контексте угнетения, но опечалены, что там мало женщин (там достаточно женщин, чтобы вы писали о них каждый день). Когда кого-то обидели, они негодуют, но сами эти области для них покрыты туманом. Также они плохо понимают последствия своих действий. Никто по сто раз на дню не повторяет столько вредоносных стереотипов о женщинах, как фем-каналы. Также, например, странно взахлеб рассказывать про то, что девушкам в STEM не рады и задирают им юбки, а потом ожидать, что они туда пойдут, улучшая статистику. Это противоречит логике. В STEM женщин заманивают примеры исследовательниц, инженеров и и программисток с интересными проектами и большими зарплатами, а не плачи про угнетение.

Иными словами,  львиная доля “фем-каналов” не просто далеки от того, чтобы вдыхать в женщин силу и уверенность, а прямолинейно наносят вред своим контентом и интонацией взвинченного моралиста (“ах да вы только посмотрите, что деется…”).  Строго говоря, это вообще не фем-каналы. Это тематические трэш-ленты.  Я как-то писала про людей, которые подсаживаются на жуткие новости как на сладкий наркотик, который позволяет им ощущать себя лучше других, и хотя речь шла о любителях “ужасов сраной Рашки”, этот популярный текст вполне можно отнести и к фанатам “фем”-контента. Кстати, бородатые любители бегать за перлами 15-летних феминисток и их потом обсасывать тоже относятся к этой группе любителей “адка”.

Любой источник данных важен лишь постольку, поскольку дает информацию, которую можно применить, с помощью которой можно улучшить жизнь, что-то сделать, что-то понять. Потоки страданий подавляющую массу читателей угнетают или злят – и все.

Разумеется, не все источники информации таковы. Есть люди, добровольно и старательно работающие над просвещением, демонстрацией достижений  ярких женщин,  созданием возможностей, и это замечательно. Я это уважаю, потому что такая работа очень трудозатратна. Тем печальнее, что она тонет в мусоре, нытье и невротическом бреде, и тем она важнее.

2) зачем нужно отрицать деятельный советский феминизм, деградировать к американскому периоду бессильных степфордских жен, занимать чужие комплексы, обмазываться чужими проблемами и интерсеком вместо того, чтобы гордиться своими достижениями и искать собственные способы идти в будущее?

Для начала: в США в 60-е женщин в университеты не пускали, а интерсекциональный феминизм плотно связан с их специфическими расовыми вопросами. У нас женщины со всеми оговорками строили карьеру, отдавали детей в бесплатные детсады и работали профессорами. В РФ до сих пор больше всего шахматисток, чем в других странах мира, за счет этой инерции из советских времен, когда успехи должны были показывать все. И это не единственный пример.

У нас хватает могучих ролевых моделей вполне конкретных исследовательниц, ученых, конструкторов и т.д. Да, дискриминация им мешала, но это не повод о них забыть. Однако вместо того, чтобы закрепить эти достижения в своем дискурсе, гордиться ими и продолжать их развивать,  фем-активистки предпочитают откатиться до не вылезающей из дома степфордской жены из Америки и начать ее спасать. Они читают устаревшие американские тексты или свежие, но нерелевантные, ищут способы свести наш опыт к сильно отличающемуся чужому. А ведь женский вопрос в череде Гулагов и расстрелов, наверное, одно из самых интересных достижений Союза.

Такое пренебрежение и неосведомленность, конечно, следствие мощного потребления американской культуры. Я тоже культурно живу в чужом поле и прочитала все эти книги про то, что жены должны встать с колен, в оригинале, хотя Дворкин мне кажется более интересной, чем все они. Для молодых девушек и юношей история СССР/РФ – это жуткая тоска, что-то вроде позорного дедовского валенка. Она так ужасна, что в ней страшно ковыряться, то ли дело почитать про войну Севера и Юга или про проблему заплетания косичек белыми. Я не против, но если ты берешься говорить о российских проблемах, ты обязан изучать российский опыт.

Особенно доставляют любители опираться на передовые тексты черных феминисток, опыт которых, как они верно подметили, изобретая интерсекциональную риторику, сильно отличается от опыта белых (а уж от опыта россиянки – и подавно).  Такие авторки пишут тексты про то, что имеют привилегии белых колонизаторок, но словно бревно в глазу не видят, что как колонизированные чужой культурой США пользуются чужой лексикой, описывающей чужие проблемы, которую каждая женщина понимает по-своему, отчего у слов “абьюз” и “обесценивание” окончательно выпаривается смысл.

Для меня это сладострастное желание занять чужой комплекс жертвы – подлинная загадка. Т.е. вместо нормального взгляда на вещи, где мужчины и женщины вместе строят будущее и насаживают на вилы угнетателей, мне предлагается снова и снова слушать о выдуманной войне полов, в которой в принципе нельзя победить, о ненависти вместо дружбы и уважения и прочем ментальном мусоре. Мне предлагается вместо профессионала мыслить о себе в категориях пораженной в правах негритянки и запертой дома жены, которой управляет всемогущий абьюзер.  Зачем мне может это понадобиться?

Пренебрежение к собственному опыту, который часто более радикален, интересен и значим, невероятная зависимость от чужих новостей просто поражает. Американцы постоянно апеллируют к опыту конкретных народов, так почему же это не перенимается фем-каналами? Ну, потому что рерайт чужих статей гораздо проще, чем изучение истории, ясно же. Есть люди, которые копают и издают старые анархистские журналы, смотрят на тексты левых (по-настоящему левых, а не соц-либералов США, которых русские называют левыми зачем-то), показывают, какие яркие и вольные проекты предлагались сразу после революции, но они опять же оказываются в меньшинстве.

Большинство либо обмазывается чужими текстами, полностью обходя действительно стоящих авторов, т.к. их “отменили” за блажь наличия собственного мнения, либо вообще не стараются, вместо матчасти повторяя блогеров, которые повторяют блогеров. Отдельная проблема – неумение работать со статистикой, но об этом я напишу как-нибудь потом.

3) почему российский фем- активизм почти сплошь состоит из невротиков,  безработных и переобувшегося глянца с кремлеботами?

Единственный поп-персонаж в публичном поле, который мне кажется “феминистическим”, – это Екатерина Шульман, хотя она такую свою роль не заявляла. Она манифестирует феминизм просто фактом своей жизни как самостоятельного профессионала, как это и должно происходить. Она не склонна к эмоциональности, у нее есть любопытная профессия, к которой она демонстрирует живой интерес. Она щеголяет знаниями – и получает за счет них признание от зрителей обоих полов, заодно их просвещая. Ее рассказы полны анализа тенденций, а не эмоций. Она ценна сама по себе, а не как “женщина”.

Если же копнуть в специфическое поле, то там сплошь люди с психическими расстройствами и не способные себя обеспечить женщины, с которыми у занятого, творческого человека нет ничего общего.  Активизм любого рода всегда привлекает таких людей, потому что им нечего терять, и это, если речь о бросании бомб, нормально.  Но ведь и радикальный дух от них очень далек.  Именно из-за их неустроенности и большого количества свободного времени какие-то помойные треды с двача (где тусуются другие люди с обилием лишнего времени) раздуваются до масштабов Вселенной. Часто они не делают вообще ничего кроме сотрясания воздуха, но воображают себя важными деятелями и даже собачатся за эти отсутствующие статусы с другими.

Люди с тревожными и депрессивными расстройствами могут и должны социализироваться. Но они видят мир искаженно.  Эти расстройства накладывают определенные особенности на восприятие жизни, о чем достаточно материалов,  – пониженная самооценка, ожидание нападения,  подозрительность,  перепады эмоций, возбудимость, желание похвалы,  избирательность зрения, стремление поднять самооценку морализмом как самым дешевым по трудозатратам способом и т.д.  Иными словами, этим людям нужно не учить других, а совместно с лекарствами и терапией находить еще и здоровую ролевую модель, брать с нее пример – и пытаться справляться, перешагивая через шоры расстройств. Т.е. это жертва должна искать возможность вернуться в мир здоровых, а не здоровые –  перенимать искаженную лексику жертвы и ее взгляд на мир.

Все эти бедные и нервные, жаждущие, чтобы их похвалили, чтобы оценили их голые тела, чтобы перевели им на кофе, на терапевта, на пальто, на новую косметику женщины должны, в первую очередь, решать собственные проблемы.  Этим они и помогут феминизму. Что можно сделать: найти работу, значительно снизив свое присутствие в сети, вылечиться от тревожного расстройства и перестать видеть во всех врагов, почитать хорошую книгу вместо потока жутких новостей, прекратить невротически светить телом,  начать развивать интеллект любым доступным способом. Любое из этих действий улучшит жизнь конкретной женщины – их самих, так что женщинам мира будет принесена изрядная польза.

Но я могу сама ответить на вопрос, почему так происходит. Из-за моды на victim feminism, которая делает женщину объектом могущественной манипуляции, лишенным воли и не способным дать сдачи.  Трудно придумать что-то более вредоносное.  Власть мужчины раздувается ими до бесконечности, чем они не помогают другим, а подкашивают слабонервных.

В современном российском фем-активизме так много невротиков и безработных потому, что они находят в феминизме жертвы объяснение своему жалкому положению – и возможность не выбираться из него, а жаловаться на жестокий мир, на мужчин, на патриархат, на кого угодно. Т.е. сестринство для них – это не объединение достигших чего-то женщин, а кружок бедняжек, которые жалуются друг другу и сморкаются в платок. Эта групповая терапия и реабилитация нужны пострадавшим. Но концентрация на переживании боли не имеет к усилению роли женщин никакого отношения.

Отдельная история – это переобувшийся глянец и “кремлевский феминизм”. С последним все понятно:  нельзя изображать из себя борцов за права женщин –  и при этом поддерживать президента, для которого женщины – лишь инкубаторы. Поэтому когда кремлеботы или бывшие политтехнологи и чиновницы набирают популярность за счет модной темы,  для них-то это понятный фортель , они могут заливать, что угодно. Но молодые девушки наивно думают, что читают что-то полезное, тогда как это просто звон общих мест. Как можно быть настолько непритязательным и не интересоваться теми, чьи тексты они цитируют, я не знаю. Эти люди получают или получали зарплату за счет поддержки людей, производящих законы, которые ущемляют женские интересы. Вот и все.

Что касается глянца, то это рекламный листок бьюти-компаний и производителей одежды, и его единственная задача – продавать косметику, модные тряпки,  косметические процедуры, т.е. ненужный мусор. Поэтому под соусом из модных слов “газлайтинг”, “абьюз” и “трансфобия” глянец делает то же, что делал всегда, – формирует и поддерживает комплекс неполноценности, культ тряпок и бесполезной траты денег на неэффективные продукты. Капиталистический производитель просто вычленяет новую группу потребителей – и продает им те же кроссовки, майки или сумки, но с фем-наклейками или фем-легендами.

Маркетологам все равно, как вам продавать лицевую хирургию, – как способность понравиться мужчинам или как способ утвердить свою идентичность, блаблабла. Нет, купить очередную палетку теней это не дерзкий способ самовыражения. Нет, все не должны побежать за секс-игрушками, чтобы их секс был чудесным,  просто появилась новая индустрия, которая рекламирует свой продукт. Сплетни о беременностях и свадьбах в глянце теперь перемежаются рассказами о том, кто кого побил в звездной паре или кого отменили за твит, сделанный в 16 лет. Все это бесполезно, а для меня еще и удивительно, что кому-то необходимо.

Психически здоровая женщина берет на себя свою часть ответственности за любой контакт и любое решение, потому что она – актор, она делает – и иногда совершает ошибки, глупости, бедствует, но продолжает двигаться.  У здоровой психики нет необходимости воображать себя листом, который несет ветер неодолимых событий (патриархата, угнетения, етс), для здоровой психики мир не полон врагов, там есть и враги, и друзья, и ошибки, и возможности.  Точно так же здоровая психика не склонна создавать неразрешимые проблемы, это контрпродуктивно. Поэтому акцент на непримиримой войне полов или перечислении, кто из спорящих больше угнетен и жалок,  разрушителен.

Женщины не могут “победить” мужчин в войне или наоборот,  это постановка вопроса для умственно отсталых. Здесь нет схватки классов, потому что мужчины и женщины составляют один вид и не могут выживать друг без друга. Они сотрудничают, дружат, влюбляются. Если на тебя физически или словесно нападают, надо давать сдачи, но банальный ресентимент и ненависть в соцсетях не способны решить имеющиеся проблемы. Люди должны объединяться либо делать свое дело, несмотря на сопротивление, а не кидаться друг на друга.

На основании проведенного опыта с чтением каналов я бы советовала молодым девушкам (да и взрослым женщинам) полностью исключить фем-каналы  или сходные ленты из своей жизни и заменить их обучающими материалами, творчеством или блогами от людей,  искренне занимающихся своим ремеслом независимо от пола, что гораздо более полезно, дает силу и энергию жизни. Вы почувствуете прилив бодрости уже через несколько дней.

Я очень далека от того, чтобы отрицать объективные тенденции принижения женщин и барьеры, которые перед ними возникают. Я и сама много писала об этом, переводила материалы. Существует масса устрашающих проблем, недооценка женщин, прямое насилие. И именно поэтому стоит сказать, что  феминизм – это не просьба столичной чики задонатить ей на носки, не диссертации про белых колонизаторок или сто комментариев по мотивам сплетен, в которых женщины считают, что стуком клавиатуры и порицанием неведомого Феди меняют мир. Сесть и без конца плакать от печальных новостей – это не способ двигаться куда-либо. Феминизм – это свобода, самостоятельность мышления, достижения,  творчество, ремесло, строительство мира, открытия, активная и насыщенная жизнь женщины, дружба, исследования, противоборство, любовь. Менять мир можно, только самостоятельно добиваясь чего-то, пусть даже и небольшого. Такие дела.

Джоанна Расс “Как помешать женщинам писать книги” – http://yasher.net/quotkak_pomeshat_zhenshchinam_pisat_knigiquot_dzhoanny_rass

5 thoughts on “мысли по итогам изучения фем-каналов

    • вполне возможно! и это очень хорошо. но раз это не первый попавшийся вам пост, значит проблема существует.
      • Адекватный на самом деле только этот, остальные - просто хейт. А какие каналы вы имели в виду, когда писали? Если не секрет
        • не думаю, что стоит называть конкретные названия, потому что это будет слишком обидно для ведущих их девушек и женщин. а так вдруг кто-то выводы сделает. я целый год периодически заходила в около десятка каналов, это топ + несколько мелких каналов. плюс некоторое количество каналов я просматривала нерегулярно. в принципе, даже у самой дружелюбной и ровной по тону из активисток, Татьяны Никоновой, лента периодически выглядела как дайджест новостей об ужасах мира, но она балансировала негатив позитивом и приносила пользу своим читателям разбором их писем. у остальных обычно либо поток трэш-новостей, либо разъяснения тоном, каким говорят с маленькими детьми, либо даже попытка продавать свои вещи/косметику под фем-брендами. многие (т.к. надо вести канал, а не всегда есть силы) тупо заполняют его плохими новостями и криками о том, как это плохо, считая, что их комментарии на тему новостей очень пригодятся. на самом деле они фаршируют читательниц страхом перед жизнью, в которой происходит ТАКОЕ, а потом они в твиттере пишут, как боятся и ненавидят мужчин. это легко проверить. но страх не помогает, а парализует. многие в принципе фем-канал почему-то видят как перманентную истерику на темы боли мира и полыхание. но несколько из каналов были хороши - интересные переводы, самописные статьи о ярких женщинах, какая-то внятная полемика.
  1. Pingback: как не надо рассказывать о женщинах - Блог Мор

Leave a Reply