16 Mar

Канеман: разница опыт-память и концепция счастья

Это лекция Канемана, где он сравнивает то, что люди реально переживают, с тем, что они вспоминают. Здесь  – русская расшифровка.

Канеман – автор важнейшей книги последних десятилетий “Thinking, Fast and Slow” (в русской версии некорректное “Думай медленно, решай быстро”), за которую он получил Нобелевскую премию по экономике. Книга рассказывает о когнитивных искажениях, постоянных ошибках выбора, недооценке или переоценке вероятности определенных событий и о том, что люди не рациональны, поступают хаотически и переоценивают собственные умения здраво понимать происходящее. Самое же неприятное, что знание об этих искажениях не убирает их. Ты так же им подвержен, как и прежде, разве что можешь постоянно пытаться корректировать собственный курс (рекомендую это видео из курса на edx). Т.е. сказка о рациональном человеческом существе, некоей Личности, принимающей Решения после взвешивания вариантов, не совсем соответствует действительности. Мы тут опять возвращаемся к опытам Газзаниги, которые показывали в том числе, что реальный выбор делается очень быстро, а “медленная” аналитическая система затем придумывает подходящее объяснение, почему такой выбор был сделан. В видео edx приведен отличный пример такой ситуации. Люди выбирают из серии совершенно одинаковых колготок, делая выбор в пользу тех, что лежат правее, но при этом выдумывают массу объяснений, почему они сделали именно так (“эти колготки гораздо мягче и приятнее”). =) В ситуациях жизненно важного выбора человек может быть более внимателен, но так же верно и то, что он может под влиянием стресса принять решения под импринтингом услышанной песни или боли в животе. Thinking, Fast and Slow отлично дополняет мое исследование проблемы личности, начатое стенфордским курсом про буддизм и психологию, где концепция личности как таковая выставляется удобным заблуждением. Я еще напишу об этой замечательной книге.

Кстати, отличным примером работы “движка историй” может служить роман “Замок скрещенных судеб” Кальвино. Там люди “рассказывают” свои истории, выкладывая карты таро, пока остальные пытаются интерпретировать рассказ. Понятно, что это просто набор случайных карт. Однако рассказчик интерпретирует и дополняет их, отталкиваясь от изображенного на картах. Даже на таком скудном материале цветы фантазии запросто работают.

Но вернемся к лекции. Канеман заостряет внимание на разнице между “чувствующим я”, т.е. тем человеком, который прямо сейчас лежит и щурится на солнышке, попивая мартини, и “вспоминающим я”, которое выносит суждения, формирует историю, ощущения, которые запоминаются. При этом совершенно неважно, как на самом деле ощущал себя человек, “ощущающее я” почти не имеет голоса, оно только поставляет материал для дальнейших интерпретаций. Думаю, именно о нем говорят буддисты, когда предлагают сконцентрироваться на настоящем моменте без разнообразных дополнений, тревог, воспоминаний и референсов, которые с лихвой подкидывает мозг. Пример с колоноскопией не кажется мне правильным, потому что не учитывает психологические последствия, которые могут быть сильнее реальной боли. А вот рассказ про фото – ок. Например, человек провел отпуск на южном острове, и по большей части это было гадко – он простудился, не смог купаться, потом получил солнечный ожог, но последние деньки были ничего, и в итоге отпуск получает высокую оценку. После он обернется в ностальгические воспоминания и займет место на пьедестале “счастливых моментов жизни”. Это очень любопытно. Канеман рассказывает о примере с симфонией. Человек слушает великолепную музыку, 20 минут наслаждаясь симфонией. Он счастлив, это прекрасно. Но в конце пластинка испорчена, он расстроен, его воспоминание ужасно, вердикт безжалостен. Хотя на деле он 20 минут наслаждался великолепной музыкой! Реальные ощущения совершенно игнорируются, запоминается только вердикт, оценка. То же самое происходит, например, со многими парами. Они проводят вместе массу прекрасного времени, полного счастливых моментов, но затем, когда чувства охладевают, они запоминают этот опыт как ошибку, как нечто неприятное. Хотя так ли это на самом деле? Людям было весело, они многому научились. Я уже писала, что одни и те же события в памяти могут сильно меняться по мере того, в какую историю своей жизни, в какую “версию себя” человек ее вписывает.

Read More

10 Jan

истории-паразиты, концепция “я” как машины репрезентации

Опыт с разделением полушарий и дальнейшие исследования в этом направлении укрепляют меня в мысли, что люди находятся в плену историй-паразитов. Можно назвать их социальными мемами. Стереотипы или традиции – это тоже подобного рода глобальные мемы, куски историй, которые объясняют, как реагировать на те или иные события. В них нет ничего подлинного, однако это следствие устройства сознания. Этот набор чужих (и зачастую устаревших) заготовок используется, чтобы разгрузить мозг и ускорить принятие решений, но вряд ли стоит этот набор упрощающих кубиков принимать за что-либо священное, незыблемое или достоверное. Конкретные решения по тому, как действовать, нужно принимать, исходя из конкретной ситуации.

 Если человек наталкивается на тему, которую никогда не изучал и не обдумывал,  он начинает воспроизводить заглушки, подходящие к его текущему образу, которые он ошибочно считает личностью.  Если человек не склонен скептически обдумывать вещи, его “личность” может полностью представлять собой сборку банальностей. Его можно спрашивать о взглядах, но у него их нет.

Эти отношения между человеком и имплантированной системой взглядов очень меня увлекают и одновременно делают внутреннюю жизнь менее значительной, чем о ней привыкли думать. Люди (и я в том числе) предстают лоскутным одеялом из заимствованных и значительно устаревших чужих взглядов, которые принимаются за собственные идеалы.  Как бы ты ни старался, в суждения будут врываться искажения.
 
В курсе “Буддизм и психология”  звучала довольно интересная мысль эволюционного психолога о том, что личность, то, о чем мы привыкли думать, как о “я”, – это не более, чем связи с общественностью, пресс-секретарь. Это то, как мы объясняем для себя и других произошедшие с нами вещи,  машина интерпретации в нужном (или навеянном психологическим состоянием) ключе.  Одно из остроумных объяснений тому, почему мы объясняем сами себе причину поступков, взвешиваем “за” и “против”,  дал Роб Курцбан. Он говорит, что сознательное “я” – машина репрезентации для других, она должна сформировать готовый рациональный ответ для людей на вопрос “почему?”. И особенно важно иметь готовый ответ, когда поступок столкнется с социальным неодобрением, осуждением обществом. 

Read More

01 Dec

Зеркало и самообман

"Запрещенная репродукция" Магритт

“Запрещенная репродукция” Магритт

“Те восхищение и страх, которые современный человек испытывает перед зеркалами, как правило, происходят от совершенно ложного представления о том, что человек, глядящийся в зеркало, получает в ответ некую объективную информацию о себе самом. В реальной жизни стоящий перед зеркалом человек не может не навязывать своему обрамленному отражению те позы и те выражения лица, которые считает для себя приемлемыми и которые при этом могут быть совсем не характерными для его обычного поведения – вместо того, чтобы попытаться отследить приметы этого обычного поведения. До объективности тут далеко: человек вовлекается в процесс суетливого сотворения постановочного портрета, по сравнению с которым даже простой и честный моментальный снимок будет куда более правдоподобным. И избавиться от этого наваждения человек не в силах, стоит ему только встретиться в зеркале глазами с самим собой. Стоя перед зеркалом, он может обманывать себя самыми разными способами, от лести до откровенного надругательства над собой – суть этого импульса не в том, чтобы полюбоваться собой, а в чистой креативности – но в любом случае человек, глядящийся в зеркало, так сказать, должен постоянно за собой присматривать. В таких обстоятельствах увидеть и оценить естественное незащищенное выражение собственного лица практически невозможно; впрочем, люди, подходящие к зеркалу, реже всего ищут именно это. (…)

Мифы появились на свет потому, что человек, пусть нехотя, вынужден был признать, что, глядя прямо в зеркало, правду увидеть и понять почти невозможно – особенно тогда, когда он пытается составить представление о том, как именно он должен выглядеть в глазах других людей, когда те на него смотрят. Наиболее очевидной причиной этой невозможности следует признать то, что в зеркальном отражении правая и левая сторона меняются местами. Знакомое каждому из нас выражение лица в зеркале, которое человек сперва тренирует, а потом привыкает к нему как к безопасной и надежной маске, со всей непреложностью есть всего лишь наша частная иллюзия: никто ее не видит кроме самого владельца, уверенного в том, что он именно такой и есть; тогда как другие люди, как чужие, так и близкие, видят в этой маске всего лишь зеркальное отражение – родинка не на той щеке, пробор с другой стороны, печальная улыбка рождается в другом уголке рта.

Read More

09 Oct

про память

Когда мы оцениваем себя как какого-то отдельного человека, личность со своей историей, мы полагаемся на память. По умолчанию считается, что память сохраняет события непредвзято, словно видеопленка, создавая последовательную историю нашего развития. Прокручивая в голове историю своей жизни, мы вызываем в памяти прошлые события и составляем из них образ, который считаем вполне адекватным. Т.е. все, что происходило, складывается в какой-то осмысленный рассказ. Одно вытекает из другого, последующие события обусловлены предыдущими, в истории есть связность и смысл. Мы можем трактовать ее как эволюцию или деградацию, путь успеха или путь неудачи, а не набор хаотически принятых решений.

Такая личная история во многом – полная брехня. Вымысел. Результат работы нарративного движка, встроенного в людей. Память (и мы сами) себя постоянно обманываем. Дело в том, что:

  • память не работает как видеопленка, события в ней фрагментарны и имеют разный вес в зависимости от сопутствующих обстоятельств (т.е. это глубоко необъективный инструмент);
  • события в памяти окрашиваются или извлекаются  в зависимости от эмоционального состояния;
  • события в памяти редактируются в соответствии с текущей историей-версией личности;
  • разные участники событий (влюбленные, друзья) помнят разные вещи, поэтому часто события просто не стыкуются;
  • можно запросто вспомнить то, чего не было, и забыть многое из того, что по каким-то причинам не вписывается в текущую версию истории.

Существует также трудность с заглядыванием в прошлое, пониманием позиций “прошлого себя”, если произошли сильные изменения или прошло много времени. В этом смысле оценка былых действий будет изрядно разниться по сравнению с той, что сделал бы “человек из прошлого”.
Read More

02 Oct

Тана Френч : Мертвые возвращаются

Тана Френч

Это – Тана Френч. Она ирландка и автор крутых детективов,  одна из “ирландской волны”, вернувшая меня к процедуралам после долгого перерыва.  Начнем с того, что она круто выглядит, – эта суровая челюсть, скулы и взгляд, да и рыжая к тому же.  Хотя всем плевать, как она выглядит, когда она так пишет.

Тана Френч

Главное заключается в том, что я просто не могу оторваться от ее книг. Я читаю, пока не закончу.  В романах Френч может быть сомнительна интрига, но вот людей она считывает превосходно. Особенно интересно то, как  точно она видит связи между людьми – эту неожиданно возникающую  неопределяемую дружбу, которая сразу создает особенный, отделенный от остальных мир со своими мифами, правилами, фразами, законами.  В каждом из романов цикла она отдает голос другому герою, который прежде мог находиться на периферии, и позволяет взглянуть на происходящее немного иначе. Но людские слабости, связи, притяжение, одержимости она схватывает на щелчок пальцев, поистине мастерски.

Тема разложения дружбы такой “коммуны” или ее трансформации со временем, когда то, что хочется сделать вечным, вдруг начинает разрушаться, у Френч получается блестяще. В “Мертвых” она проделывает это с группой людей, в “Лесной чаще” она показывает предательство дружбы после секса, едкий яд стереотипов.  Сделано там это восхитительно и устрашающе.  В “Рассветной бухте” же это “дружба” человека с самим собой, предельная самоуверенность, которая заставляет раз за разом ошибаться в расследовании.  Но “Рассветная бухта” – это отдельный разговор, она в каком-то роде совершенна.

Read More

12 Aug

наивный реализм

По совету Диаса подключила к своим исследованиям проблемы личности  курс “The science of everyday thinking” на Edx и книгу Канемана. По мере изучения курса столкнулась с понятием “наивный реализм”, которое описывает представление о мире, при котором человек верит, что мир таков, каким он его воспринимает, что он совершенно проницаемый, понятный, а главное – что в восприятии объектов нет искажений.  Кстати, это же ошибочное воззрение заставляет считать выборы человека рациональными и обдуманными (каковыми они в большом количестве случаев не являются), а также считать, что эксперты принимают решения по важным вопросам предельно рационально, но об этом в другой раз.
“Наивный реализм означает, что объект познания не просто реально существует, но и что субъект при восприятии этого объекта ничего не добавляет от себя и воспринимает объект во всей полноте его свойств – таким, каким он объективно является.
Конечно, наивный реализм ошибочен, а психологические исследования показывают, что даже на уровне восприятия мы во многом конструируем реальность, в частности, заполняем пробелы такие, как слепое пятно нашего зрения, или компенсируем то, что изображение мира на сетчатке наших глаз перевернуто. Многочисленные иллюзии восприятия тоже подтверждают, что наивный реализм ошибочен, а свойства, ограничения воспринимающего субъекта необходимо учитывать.”
Основная проблема такого упрощающего подхода в том, что он не учитывает многократных искажений восприятия человека и не позволяет их корректировать. Т.е. такой подход не дает исправлять ошибки и делать поправки на ветер, но я подумала о другом. Учитывая, что наивный реализм неверен, а реальность в каком-то смысле конструируется каждым человеком в соответствии с его опытом, настроением, интеллектом и т.д, каждый из нас находится в своего рода сконструированной, виртуальной реальности. Если же подключить сюда искажения восприятия окружающих и зачастую полную выдуманность образов других людей,  наше существование в каком-то смысле целиком виртуально. Для людей, которые предпочитают изучать других, дело обстоит несколько иначе. Но для многих – это просто игра с образами в воображении.  Виртуальность восприятия других людей – это, конечно, больше философский вопрос, однако его обдумывание дает возможность по-другому посмотреть на ценность игрового опыта.

Read More

19 Jul

друзья как препятствие

Swifts-289Друзья – это здорово, с этим спорить не будет почти никто. Однако есть область жизни, в которой друзья, особенно старые,  или просто приятели, хорошо знающие ваш привычный социальный образ, могут очень сильно помешать. Это период, когда вы желаете измениться.

Самое сложное заключается в том, что друзья сознательно не хотят вам навредить, однако это не означает, что они не попытаются. Старые друзья часто знают людей лишь с одной-двух сторон (вот показательная история), которые они выбрали. В их глазах отражаются те ваши качества, которые им нравятся, которых им не хватает для связной байки о своей собственной жизни или к которым они просто-напросто привыкли. Т.е. незнакомые люди иногда гораздо лучше чувствуют ваши способности и масштаб что-то сделать, чем old friends. Друзья считают, что знают вас, как облупленных, а на самом деле привычно преуменьшают ваш потенциал  и ограничиваются лишь частью черт, игнорируя другие (не менее важные) по своим личным причинам.    Новые люди этим набором стереотипов еще не скованы, они воспринимают вас свежо и честно до тех пор, пока не посчитают, что изучили “достаточно”. Вы для них пластичны и способны на многое, т.к. образ только складывается.  Друзья же зачастую считают, что с вами все понятно, что они могут предсказать ваши действия до самого конца.

Иными словами, многие ваши старые приятели будут стремиться поддерживать ту версию вас, к которой они привыкли. Неожиданный рост или желания могут встретить поддержку (“Давай, бро”), если друзья – классные. Такие люди бесценны, они помогут вам развиваться, даже если то, что вы делаете, кажется им необычным. Но очень часто рост человека друзей пугает. Они боятся оказаться ненужными, опасаются неверно оценить обстановку, а часто – просто не хотят себе признаваться, что ошиблись на ваш счет, и что вы куда-то стремитесь (тогда как они, возможно, и нет). Реакции могут быть разными.  “Ты чего чудишь?” “Чо-то ты странное отмачиваешь” “Зачем ты делаешь это, если всегда делал это?” “Для чего тебе писать книгу, если ты всегда делал музыку? Что за блажь?” “Что это в твоем-то возрасте?” Сходное нытье,  насмешки и недоумение могут подрывать самооценку.  Не говоря уже о том, что они просто не в тему, когда вы пришли что-то показать или о чем-то поведать.  Многие могут по инерции попробовать вас вернуть в старый образ, из которого вы давным-давно выросли.  И это, конечно, очень сильно мешает, потому что является попыткой насильно натянуть на вас какую-то пожухлую кожуру.

Людям, которые не стоят на месте,  жизненно необходимо неоднократно избавляться от такой “кожуры”. Read More

19 Jun

Буддизм и психология 2: эксперимент Майкла Газзаниги

Продолжила смотреть курс “Буддизм и психология” Принстона под руководством Роберта Райта. Если вам лень регистрироваться на Курсере, можете посмотреть лекции на ютубе: вот здесь, но в исходнике есть ссылки на дополнительную литературу и статьи. Об одной из лекций я уже писала, меня она загрузила надолго. В тот момент меня поразило то, что наш мозг не устроен таким образом, чтобы воспринимать правду. Напротив – он готов конструировать максимальное количество иллюзий, если это способствует выживанию и воспроизводству. Если обострять, то получается, что само стремление к правде достаточно противоестественно для биологических механизмов.

Замечательный курс, а оказалось, что Райт еще и в финал Пулитцеровской премии попал со своей книгой. Он отличный лектор. Да и просто крутой. В этот раз, продолжая раздел про отсутствие “я” в буддизме, Райт рассказал о другой весьма тревожной концепции, в которой сознание является тормозящим и необязательным слоем, заточенным на объяснение того, что сделало бессознательное. Т.е. наше поведение основано на импульсах, которые сознание объясняет удобным образом уже после свершившегося факта.

Это, кстати, тесно связано с фантастикой Уоттса, где сознание называется тормозом для реакций у солдат. Более того – сознательная часть мозга, отвечающая за восприятие языка, речи и порождающая объяснения, способна создавать массу выглядящих правдоподобно, но совершенно неверных объяснений разнообразным поступкам. Это было проиллюстрировано опытами Майкла Газзаниги по расщеплению мозга. Если объяснять вкратце, то идея такова: у человека есть два полушария мозга, связанных друг с другом. Если их разъединить, становится очевидно, что левая часть ориентирована на восприятие текста, конструирование картины мира, анализ, тогда как правое лучше справляется с восприятием визуальных образов. В нормальном состоянии они работают сообща, передавая друг другу данные, но если их разъединить, видно,  что сознание во многом подменяет реальную картину событий, трактуя их так, как удобно индивиду. То же самое происходило в эксперименте другого исследователя, где он просил людей пошевелить чем-нибудь и сказать, чем он собирается это сделать. Эксперимент показывал, что действие осуществлялось гораздо раньше, чем человек для себя это рационализировал. расщепленный мозг майкл газзанига На русском информации недостаточно, но вот здесь есть хорошая статья об экспериментах: http://www.nature.com/news/the-split-brain-a-tale-of-two-halves-1.10213 (english) “Левое полушарие формирует подходящий ситуации ответ уже после того, как произошло действие”, – говорит Майкл Газзанига. В одном из его любимых экспериментов он показывал слово “улыбнись” пациенту в области восприятия правого полушария и слово “лицо” в области восприятия левого, а затем просил пациента нарисовать, что он видел. “Его правая рука рисовала улыбающееся лицо, но когда я спрашивал “Почему вы это сделали?”, он ответил “А вы чего хотели? Грустную физиономию? Вокруг их и так хватает”. Таким образом левое полушарие-интерпретатор находит объяснение для событий и конструирует истории для придания смысла миру. Есть другие похожие вариации эксперимента, где изощренность объяснения поражает. tumblr_brain Вот, посмотрите видео одного из экспериментов: У меня от этого видео мурашки, потому что мне нравится думать, что я могу подавлять и контролировать собственные импульсы. На деле же очевидно, что я могу только придумывать красивые объяснения поступкам после их совершения, не более того. Read More

03 Feb

в поисках свана

Вот 9  минут чистой растерянности и кайфа, пусть тут полежит.  Как и все неожиданное, получилось клево.
 

 
Перед Новым Годом приобрела дзенский опыт.   Полицейские  в фильмах постоянно говорят о недостоверности показаний свидетелей. Это когда даже у искренне желающего помочь свидетеля в голове образуется абсолютно неверная картина произошедшего преступления или искаженный портрет преступника. Каждый свидетель сообщает копу что-то совершенно свое, обращает внимание на детали, которые для других не имеют значения, а у этого конкретного человека вырастают до размера башни.  Набор показаний может разниться совершенно, вступая в противоречие, и копу приходится чесать репу, пытаясь хоть как-то это состыковать и вычленить общие факты.
 
А теперь представим, что вы ведете журналистское расследование, целью которого является выяснить, кто же такой – скажем для красного словца –  поэт-отшельник, который совсем пропал с радаров несколько лет назад.  Вы приезжаете в маленький городок и начинаете расспрашивать всех, кто хотя бы немного знал этого героя, а они вспоминают старые-добрые деньки, когда они были молодыми, раскрывают забытые связи и попутно дают характеристики тому, чей портрет вы желаете составить. Представить это легко –  это же  сюжетная завязка множества триллеров и нуарных романов, комиксов или фильмов.  Ждете загадок, не так ли? Но теперь отбросьте эту сраную мишуру и оставьте вместо героев  “обычных” людей (я не думаю, что бывают “обычные” люди, но ради простоты посчитаем так).  В итоге цель расследования  –  парень, с которым вы играете по сетке и которого вполне искренне  хотите лучше узнать,  источник разнородных данных – его приятели, а точка входа, повод – старые тексты.  Квест остается прежним.  Итогом  эксперимента стало что, что я наглядно увидела: личность в понимании окружающих – это расплывчатое дрейфующее пятно.

Read More